Итогово

Ну а как без того, чтобы не подвести итог? Начну с того, что получилось, благо это 70% от плана. Но, конечно, на кое-какой пункт я бы махнул пару-тройку получившихся. Хотя нет. Не махнул бы. Но нельзя же все иметь, в самом-то деле.

Что получилось
1. Устроить себе краш-курс румынского языка на 20 астрономических часов, познакомиться с румынской литературой и получить много комментариев по местной жизни. Все это, повторюсь еще раз, благодаря Анастасии.
2. Исследовать и понять структуру Кишинева.
3. Сгонять в Приднестровье. Заполучить монетки непризнанного государства, включая юбилейные, продаваемые в банке.
4. Снять “Видеоскрипту” про Кишинев до 1945 и Тирасполь.
5. Сделать цикл-подборку про кишиневскую “вторую волну”.
6. Пообщаться и даже (надеюсь) подружиться с местными.
7. Побывать на двух заброшенных заводах “Франзелуцы” (фотопрогулку опубликую из России).

Что не получилось
1. Попробовать жгучий трубчато-шоколадный ночной молдавский десерт. Тут вообще с этим голяк и без шансов. Хуже, чем где-нибудь в Туле или Вязьме.
2. Сгонять в Румынию. Уроки были почти каждый день. А одним днем — смысла не было.
3. Найти колокольчик и тетрадь с Тирасполем; найти тетрадь с Кишиневом.

В экономику Молдавии я вложил 575 евро, причем из них 20 даже перепало Тирасполю. Помните: экономика мира работает только тогда, когда мы вкладываемся в других, а не только в себя.

6 Augusti 2017. — Quisinavia (Moldavia)

Кишиневская «вторая волна». # 8 >> Авторемонтная мастерская на улице Коробчану

Подходит к концу мой трехнедельный заезд-исследование в Кишинев. Сегодня я завершаю серию из восьми зарисовок про брутализм («вторую волну») Кишинева. Я ржу в голос, думая о том, как удивлялись те, кому попадались все эти описания и фотографии в ленте, как они думали: «Ну что за дурь, что он в этом нашел?»

Ну и тем не менее.

Как и конструктивизм, «вторая волна» ждет своего описания и признания. А самое главное в случае с Кишиневом – чтобы нынешние хозяева города не довели все до такого состояния, когда «Ой, оно не подлежит восстановлению, братцы, давайте-тко снесем к эбэням». Москва проходит сейчас этот цирк со зданиями модерна и собственно «первой волны».

На закуску – здание ремонтной мастерской, в которой сочетается промышленный размах (в здание можно въехать на любой этаж по своеобразной «винтовой ленте» для машин) и при этом – лаконичная встроенность в самый центр города. Все это очень изящно оформлено снаружи завивающимися лентами-окнами, повторяющими ленту въезда для автомобиля на верхний этаж. Основной блок здания, – очевидно, непосредственные мастерские, – оформлены массивными окнами.

Здание находится на улице Коробчану, 10, и соседствует с маленькими особнячками первой и второй трети XIX века, причем не дисгармонируя с ними — как из-за обилия зелени, так и из-за римфы цветовой гаммы.

5 Augusti 2017. — Quisinavia (Moldavia)

Нервозненько

1. Такое впечатление, что Кишинев – город невротиков и припадочных. Мимо моих окон с воем проносятся комутохероватки буквально каждые 10 минут. Что, вечно где-то кто-то хватается одной рукой за сердце, другой рукой за телефон: «Ой! Помираю!»?

2. Десертов трубчато-шоколадных тут не сыскать ни днем, ни ночью. Хотя они как раз и нужны ночью – эти десерты. Но вот. Дефицитик.

3. Я всегда удивлялся на загадочное название магазина на Большой Черкизовской – «Кодры». Ура. Разгадка найдена. Множественное от “codru” «лес», то есть «леса, густая чаща», “codri”. Типа прохлада лесной чащи. Молдаванам и в Москве жарко.

4. «По количеству и качеству съема телок тут лидируют маршрутки.»

5. Если в России днище – это пойти чоповцем на заброшенный завод, то здесь разносят кофе, торгуют на рынке и охраняют заводы люди с высшим образованием, активисты в своей области, спецы в своем деле. «Здесь работа преподавателей – уже дно. Что вы хотите, если доктор наук идет по вечерам преподавать в школе для иностранцев румынский язык.»

3 Augusti 2017. — Quisinavia (Moldavia)

Кишиневская «вторая волна». # 7 >> Ворота города

Метафоры города живут, несмотря на то, что эпоха осаждаемых стен безвозвратно ушла в прошлое, причем в очень далекое. Оформить же саму идею пересечения городской черты можно по-разному, и в наши дни просто поставить путевой знак с названием города – согласитесь, банально. Водрузить какую-то арку навроде триумфальной – нерентабельно, нефункционально и вычурно с точки зрения постиндустриального общества. Да и какая у нее будет пропускная способность – тоже большой вопрос.

Эстетизм конструктивистской функции, монументальность и симметрия сталинского ампира, абстрактный символизм гигантских бетонных блоков – все это внушительно смешалось в кишиневских «Воротах города». Судя по румыноязычным источникам, автор всего проспекта Дачия (тогдашнего Мира) – Георгий Соломонов, 1977 (ансамбль проспекта). Однако те же источники пишут, что сами «Ворота» уже возводились последней очередью, то есть в конце 1980-х.

Агрессивные и заметные издалека, они стоят на холме и совершенно однозначно прочитываются как пролом в стене за счет многоэтажек, окаймляющих собственно въезд и сбегающих ступеньками этажей вниз по холму. Крыши напоминают заостренные зубцы на стенах древних укреплений.

При ближнем рассмотрении можно заметить, что это отнюдь не «плоская» высотка, а рельефно составленная и даже не чуждающаяся элемента, который абстрактной прорисовкой напомнил бы дверную петлю. Поставленные же на холме, они напоминают и еще об одной давнишней функции подобных конструкции – ориентир.

3 Augusti 2017. — Quisinavia (Moldavia)

Кишиневская «вторая волна». # 6 >> Национальный Банк Молдовы (Banca Naţională a Moldovei)

 

Как, например, «северный» (Петербург, Выборг, Хельсинки) и «южный» (Москва, Сочи, Ростов-на-Дону) модерны различаются между собой цветовой гаммой и настроением, так и «вторая волна» имеет специфичную выраженность в южных широтах (Ташкент, Сочи, Кишинев). В широтах северных «вторая волна» более сурова и стремится к серому камню, почти напоминающему финское строительство из подручных материалов, в то время как южная «вторая волна» направлена на минимизацию темных элементов, которые бы слишком сильно нагревались, и, соответственно, на визуальное облегчение конструкции.

На углу бульвара Григорие Виеру представлено одно из таких зданий – Национальный Банк Молдовы. Основной объем, построенный по типовому образцу «серой свечки» (которую в данном случае очень сильно портят и утяжеляют кондиционеры), поддерживает несколько весьма легких нижних объемов, скрытых за решеткой, которую даже можно назвать «резной», если такое определение применимо к бетону.

Основной объем, над которым, собственно, и возвышается свечка, сочетается с чуть более высоким и размещенным как бы сбоку пристроем. Он выделяется наклонными балками, которые ломают ритмическое впечатление от изначально вроде бы как заданного перпендикулярного движения основного объема.

Как и в случае с «Домом мод», к зданию визуально, почти ансамблем, примыкает еще одна офисно-административная постройка, и, словно рифмуясь с нижними объемами Нацбанка и с верхним минималистичным объемом, они образуют по впечатлению общее целое, хотя по кадастру проходят как разные объекты, вообще не связанные и не соприкасающиеся друг с другом. Резная решетка соседнего здания, закрывающая все этажи, снова эксплуатирует идею «сокрытия этажности».

1 Augusti 2017. — Quisinavia (Moldavia)

Кишиневская «вторая волна». #5 >> Дворец культуры железнодорожников

 

Как я говорил, один из излюбленных приемов в архитектуре «второй волны» – это цветовой контраст, и белый/серый vs. красно-кирпичный притягивает особое внимание, соответственно, и используется для особых построек, как, например, дворцы культуры.

Дворец культуры железнодорожников (1980, С. Шойхет), во-первых, по своему положению вполне оправдывает название “дворца”. Он расположен на пригорке, и к нему ведут ступени, причем пролеты, расположенные под углом 90º один к другому, напоминают подобные же многопролетные лестницы античных храмов.

Во-вторых, при отсутствии каких бы то ни было внешних украшений, общее соположение объемов также отсылает нас к идее дворца.

Два объема соединены легкой колоннадой, в которой весьма интересна игра солнца, когда оно движется на запад ближе к концу дня. Основной объем здания совершенно прямым текстом цитирует такие же дворцы культуры 1920х, и особенно хорошо видна схожесть со зданием ДК ЗИЛ.

Обилие стекла позволяет пропитать внутренние пространства естественным светом почти по всему радиусу, а волнистый узор вдоль всего здания служит и хорошим ритмическим рисунком, и способом визуально-знакового объединения в ансамблевое целое.

Перед дворцом стоит брутальный фонтан: из шпал, собранных в букет, растут цветы.

30 Julii 2017. — Quisinavia (Moldavia)

Саркастично

1. Рогозина вот в Молдавию не пустили, а меня пустили, потому что я летел местным Флайваном. Мораль: въезжать на танках и летать на военных самолетах в гости к соседям — идея плохая. Или господин Рогозин частенько заходит к соседям по даче со включенной бензопилой? А я, кстати, господин Рогозин, в отличие от вас, еще и в Тирасполь с Бендерами попаду. Потому что сяду на простую маршрутку за 30 лей от Центрального рынка.

2. Молдавия, как и все православные государства, коррумпирована. Нет ни одного православного государства, которое не было бы лживым и порочным насквозь. Мораль: ну вы поняли.

3. Я понял, на каком языке у меня записаны последние четыре буквы фамилии в латинской части загранпаспорта: “ский” = “skii”. Это румынский. Наконец-то найден ответ, какой молдавской частью мозга думала деточка, когда выдавала мне паспорт с фамилией CHERNORECHENSKII.

29 Julii 2017. — Quisinavia (Moldavia)

Кишиневская «вторая волна». # 4 >> «Дом мод» (Centrul de modă) и прилегающее здание

Контраст двух цветов – излюбленный прием в архитектуре «второй волны», что, безусловно, навеяно стремлением к конструктивистскому минимализму средств выражения. Условно можно говорить о двух видах контраста: «жестком» (белое vs. черное) и «мягком» (белое vs. серебристое). В редких случаях (и в Кишиневе есть такие примеры; рассмотрим позднее) архитектор белому/серому противопоставляет песочно-желтый или красно-кирпичный (иные цвета – исключительнейшая редкость, как показывает мне мой опыт наблюдения по разным городам бывшего СССР).
 
Как и в случае со многими другими объектами «второй волны», ни архитектор, ни точный год постройки по открытым источникам установить невозможно. Редкие ехидные (или, наоборот, удрученные) обзоры в местной прессе указывают на «конец 1970-х» (спасибо, кэп, плюс-минус трамвайная остановка и так, простите, очевидно).
 
За незапланированными пристройками и распечатками на брезенте, что, разумеется, портит общий вид и мешает восприятию замысла, тем не менее, просматривается все
та же идея возврата к конструктивизму и к его игре с объемами. Здесь четко противопоставлен приземистый белый блок и условно-серебиристый более высокий и продолговатиый.
 
Проектируя именно «Дом мод», архитектор, скорее всего, и закладывал похожую идею в абстрактный рисунок фасада: складки одежды. На белом, меньшем объеме, просматриваются «складки» более крупные – в виде размашистых каменных волн, а вот скрывающие этажи кованые серебристые чешуйки – чуть ли отсылка к кольчуге воина (напрашивается интертекст с оформлением путевых стен «Площади Александра Невского» в Петербурге).
 
Некоторого внимания параллельно заслуживает и стоящий рядом высотный дом, напрямую к «Дому мод» не относящийся, но, так или иначе, с ним визуально образующий ансамбль. На первый взгляд это монструозная высотка, но конструкции живость и стремление вверх придает рисунок-ритм, составленный из красных треугольных балконов, так что при всем желании фасад нельзя назвать ни «мрачным», ни «подавляющим», ни «тоталитарным», ни уж тем более «неприметным» или «типовым».
 
На вопрос недоуменной дамы, зачем я так дотошно все фотографирую, к еще большему ее изумлению я ответил:
–Если это все не развалится или сами не раздолбаете, лет через тридцать поймете. И будете носиться как курица с яйцом, пытаясь спасти. Благо не как Мельников вынужденно строил – из мусора, пыли и соплей строителей.
 
28 Julii 2017. — Quisinavia (Moldavia)

Дождливо-весело

1. Все. Барьер сломлен. Внезапно для себя заговорил на улице на румынском без боязни. Началось с румынского дядечки, поинтересовавшегося портативным моим штативом, пока я снимал Видеоскрипту Латину о Кишиневе. Кончилось тем, что он мне начал рекламировать архитектуру Брашова, Тырговиште и Мангалии. На румынском.
 
2. Решил узнать, какого года постройки греческая церковь мученика Пантелеймона. С церковными бабушками говорил на румынском. ЧСХ, понял!
 
3. Наткнулся на прокат велосипедов. Договорился с девочкой о прокате на час на румынском. Теперь забуду-ка русский до отъезда. Да, переключаться с румынского на русский и наоборот — нормально. Так что в случае чего на это косо не смотрят.
 
4. Город действительно невелосипедный. Два проехавших велосипедиста меня радостно приветствовали, как будто бы встречаются с собратьями не знаю по чему.
 
5. Начался дождь. Я вспомнил удовольствие гулять и кататься на велосипеде под теплым дождем. Да, я осознал, почему неприятно ходить под питерским ливнем в плюс восемь.
 
6. Дождь — это тоска только в северных краях. Здесь это праздник.
 
7. Брутализм, ака “Вторая волна”, я люблю тебя.
 
27 Julii 2017. — Quisinavia (Moldova)